Вандал об учтивости - Кочарян и его кривое зеркало

Когда у политика остаётся только право молчать, а он этим правом не пользуется, выходит то, что получилось у Роберта Кочаряна. Бывший президент Армении за пять недель до парламентских выборов, намеченных на 7 июня, появился в эфире своего YouTube-проекта «Большая политика» и принялся рассуждать о приличиях По его версии, Президент Азербайджана Ильхам Алиев говорит о мире, но якобы проводит политику «вандализма», при этом сам Кочарян, «выиграв Первую Карабахскую войну, никогда не позволял себе ни оскорбить азербайджанский народ, ни, тем более, трогать его культурное наследие». Дословно. Можно было бы пройти мимо: политический труп, реплика второстепенного лица, видеоформат для уменьшающейся аудитории. Но ложь настолько демонстративная, что молчание означало бы согласие с ней Начнём с «приличий». 16 января 2003 года в Дипломатической академии МИД РФ Роберт Кочарян произнёс фразу: армяне и азербайджанцы «генетически несовместимы». За это он был подвергнут критике со стороны генерального секретаря Совета Европы Вальтера Швиммера, который заявил, что «комментарий Кочаряна равносилен подстрекательству к войне» Слова Кочаряна — не оговорка и не вырванное из контекста предложение. Это — публичное высказывание тогдашнего главы армянского государства. Чтобы понять, насколько эта формула чудовищна, достаточно поменять подлежащее: попробуйте представить президента европейской страны, объявляющего о генетической несовместимости со своим соседом. Карьера такого политика заканчивается в тот же вечер — и не на YouTube-канале, а, возможно, в зале суда. Кочарян после этой речи отработал полный второй срок Теперь о «вандализме», в котором, по Кочаряну, повинен Баку. Здесь стоит обратиться к истории и географии. В июле 1993 года армянские войска захватили Агдам — сорокатысячный город в сорока минутах езды от Ханкенди. Спустя десятилетия журналисты и наблюдатели, включая тех, кого сложно заподозрить в проазербайджанских симпатиях, описывали увиденное в одних и тех же выражениях: город разобран по камушку. Томас де Ваал, британский журналист, на которого часто ссылаются в Ереване, в своей книге «Чёрный сад» пишет, что после захвата Агдама армянские силы «постепенно, улицу за улицей, дом за домом, разнесли город по кирпичику». В 2001 году американский сопредседатель Минской группы ОБСЕ Кэрри Кавано, побывав в Агдаме, сформулировал мысль ещё жёстче: разрушение шло не во время боёв, а после них; кирпич за кирпичом город разбирали на стройматериалы, которые увозили в Армению на продажу. Уезжая, Кавано взял с собой камень из агдамской Джума-мечети и передал его Гейдару Алиеву. Вот, собственно, документация события, на которую ссылается не Баку, а западные дипломаты и журналисты Сама Джума-мечеть, выдающийся памятник 1868–1870 годов работы зодчего Кербалаи Сефи-хана Карабаги, — единственное здание, которое в Агдаме уцелело физически. И то, только потому что армянские силы превратили его в наблюдательный пункт и одновременно в скотный двор. Associated Press, агентство далеко не проазербайджанское, фиксировало: мечеть много лет служила хлевом для крупного рогатого скота и свиней. На полу святыни — навоз. Эту фразу можно перечитать дважды. Так как выглядит человек, который «не позволял себе того, что позволяет Азербайджан»? Если бы дело сводилось к одному Агдаму, можно было бы с притянутой за уши натяжкой говорить о «боевой случайности». Но речь идёт о системе. В Агдамском районе за 27 лет оккупации было уничтожено 145 историко-культурных памятников. На освобождённых территориях большинство сёл стёрто до фундаментов; кладбища разорены, надгробия пошли на стройматериалы, мавзолеи разобраны. Албанские храмы, исторически не связанные с армянской церковью, были переделаны под армянские. Это — та самая «арменизация», которой сегодня посвящены академические исследования, в частности, доклад Caucasus Heritage Watch, исследовательской инициативы Корнеллского и Пердьюского университетов И Кочарян — не сторонний наблюдатель этих процессов. Он — один из их архитекторов. В 1992 году — «председатель государственного комитета обороны» самопровозглашённого образования. С 1992-го — фактический глава марионеточного режима. С 1998-го по 2008-й — президент Армении, отвечающий в этом качестве за то, что на оккупированных территориях продолжалось всё то, что началось при нём. 27 лет, в течение которых Совет Безопасности ООН четырьмя резолюциями — 822, 853, 874 и 884 — требовал немедленного и безоговорочного вывода оккупационных сил из азербайджанских районов, прошли впустую: Ереван их игнорировал. И когда сегодня бывший президент Армении произносит слово «вандализм» в адрес Баку, он говорит в свое собственное отражение Что делает сегодня Азербайджан на освобождённых землях, всем прекрасно известно. Агдам отстраивается заново; железнодорожное сообщение Баку — Агдам, прерванное в 1993-м, восстановлено в августе 2025-го; автобусное — с сентября того же года. Восстанавливаются или строятся Зангилан, Физули, Лачин, Шуша, десятки сёл, в которые возвращаются вынужденные переселенцы. Джума-мечеть отреставрирована и снова принимает верующих. В апреле 2024-го камень, увезённый Кавано в 2001-м, вернулся на своё место — через 23 года после того, как был оттуда взят. Вот тот «вандализм», в котором обвиняет Баку Роберт Кочарян: возрождение того, что он и его люди разрушили, на средства того государства, чью территорию его люди оккупировали Конечно, не всё, что делает Баку на освобождённых территориях, нравится в Армении не всем. На этих землях не сохраняются все без разбора объекты, в том числе и те, которые признаны не имеющими исторической ценности и появились в период оккупации. Это не вандализм. Это обычная политика памяти государства, восстанавливающего юрисдикцию над своей территорией. Любая европейская страна в подобной ситуации поступала бы так же; Париж снёс символику Виши, Берлин уничтожил всё, что было связано с нацистским режимом, и никто это вандализмом не назвал, потому что вандализм — это другое Остаётся вопрос, зачем бывшему армянскому президенту вообще понадобилась эта реплика. Ответ, думаю, очевиден. 7 июня — парламентские выборы в Армении. Для блока «Армения», который возглавляет Кочарян, это последняя возможность вернуться в большую политику. Главный ресурс кампании — мнимая травма. Реплика про «вандализм Алиева» — ровно та подкормка. Адресат — армянский избиратель, который должен увидеть в мирной повестке Пашиняна не выход из тупика, а якобы «сдачу» страны на расправу. Когда нечем ответить по существу — а по существу Кочаряну ответить нечего, — остаётся делать подобные заявления. В адрес страны, у которой давно нет повода с ним считаться