Загадочная «двойная бухгалтерия» в деле Ильгара Мустафаева

В Бакинском суде по тяжким преступлениям продолжается процесс по делу Ильгара Мустафаева, бывшего руководителя Управления Приморского бульвара и Площади Государственного флага Как сообщает судебный репортер haqqin.az, на заседании под председательством судьи Лейлы Аскеровой‑Мамедовой первым показания дал Азер Мурадов, в 2016–2018 годах занимавший должность исполнительного директора ООО «Приморский национальный парк» Свидетель сообщил, что в период своей работы он не вмешивался в финансовые дела ООО и не подписывал никаких документов, связанных с данной сферой. Отвечая на вопросы сторон, он рассказал, что выручка от аттракционов собиралась путем продажи билетов через кассы, установленные по требованию налоговых органов, после чего передавалась бухгалтерам Адвокат Ильгара Мустафаева Исмаил Кенгерли указал на противоречия между показаниями свидетеля в суде и его показаниями в ходе следствия и ходатайствовал об оглашении последних. Суд ходатайство удовлетворил Свидетель Азер Мурадов повторил, что не передавал деньги ни Ильгару Мустафаеву, ни Рашаду Бадалову и не имел никаких дел с финансами. Адвокат поинтересовался у свидетеля, почему тот утверждал обратное в ходе следствия: «Следователь предъявил вам некий документ о двойной бухгалтерии, и вы дали показания в связи с ним. Располагаете ли вы сведениями о том, что в нем написано?» Свидетель заявил, что впервые данный документ увидел в ходе следствия Допрошенный на процессе свидетель Кязым Махмудов сообщил, что около двух лет проработал контролером на велопарке и никого из обвиняемых не знает. Свидетель обратил внимание суда на то, что его основная работа состояла исключительно в проверке наличия билетов у посетителей велопарка. По словам Махмудова, он не имел никакого отношения к денежным вопросам, никому не передавал деньги и ни от кого их не получал: «Некоторое время я также работал на аттракционе «Викинг». В 2018 году сотрудник бульвара Вугар Шириев сказал, что Счетная палата предъявила замечание: для выполнения этих работ по договору об оказании услуг необходим VÖEN (ИНН). Я сходил в ASAN xidmet, получил VÖEN и передал его Вугару Шириеву. За все время работы никто не требовал от меня денег» Свидетель не смог объяснить причины противоречий с показаниями, данными в ходе следствия Следующим на процессе показания дал Гаджи Тагиев, управляющий аттракционом «Автодром». Свидетель сообщил, что работает на бульваре с 1997 года по сей день, и охарактеризовал Ильгара Мустафаева как хорошего и искреннего человека: «Ильгар Мустафаев — прекрасный человек. Мы работали вместе, он помогал нам в трудных ситуациях, выполнял свою работу безупречно и поддерживал предпринимателей» В своих показаниях свидетель указал, что в период работы уплачивал только налоги, социальные взносы и перечислял Управлению бульвара плату за обслуживание. На вопрос гособвинителя, за какие конкретно услуги начислялась плата, свидетель пояснил, что Управление занимается озеленением, уборкой, охраной территории и другими подобными работами Отвечая на вопросы адвоката Кенгерли, свидетель заявил, что Мустафаев никогда не требовал от него денег, каких‑либо выплат, взятки или вознаграждения. В настоящее время он работает на бульваре не как предприниматель, а как контролер Тагиев также не смог объяснить причины противоречий в своих следственных показаниях Последним на процессе был допрошен Теймур Гасанов, проработавший контролером на Бульваре с 1994 по 2017 год. Свидетель показал, что в прежние годы собирал выручку от аттракционов и ежедневно сдавал ее в Управление бульвара. Однако после назначения Ильгара Мустафаева руководителем любая «деятельность» по сбору денег была прекращена Исмаил Кенгерли выступил с репликой, отметив, что данный свидетель не имеет отношения к обвинению, однако следователь включил его в список свидетелей обвинения. Адвокат изложил суду свою позицию по первому эпизоду. Он указал, что следователь обвиняет Мустафаева и других в присвоении денежных средств: якобы при том, что фактические поступления в Управление Приморского бульвара были выше, Ильгар Мустафаев и другие присвоили эти средства. Следствие строит доказательство данного присвоения за 2016–2018 годы на документе под названием «двойная бухгалтерия». Показания всех свидетелей также были получены на основе данного документа неустановленного происхождения Согласно документу, между Рашадом Бадаловым и Ширваном Гулузаде была составлена передаточная ведомость с подписями. Однако в заключении судебно‑почерковедческой экспертизы министерства юстиции № 4/398 от 7 апреля 2025 года, назначенной самим следователем, прямо указано, что подписи в документах за 2016–2018 годы не принадлежат ни Рашаду Бадалову, ни Фуаду Бабаеву, ни Ширвану Гулузаде. Лишь в 3 из 55 документов подписи выполнены Гулузаде, причем в этих документах нет подписей обвиняемых Кроме того, указанные документы не согласуются с другими официальными документами, полученными следствием. Например, согласно ответу на электронное письмо следователя из Государственного морского и портового агентства, в 2018 году судно «Шафаг» совершало рейсы в апреле, октябре, ноябре и декабре, тогда как согласно обнаруженной следствием рукописи неустановленного авторства, судно «Шафаг» совершало рейсы в январе, феврале и марте, а в остальные месяцы рейсов не было: «Иными словами, один из двух документов, представленных следствием в качестве доказательства, не соответствует действительности — либо рукопись, подлинность подписей в которой не подтверждена экспертным заключением, либо письмо Государственного морского и портового агентства Следствие же вменило Ильгару Мустафаеву присвоение по обоим документам. Это является грубым нарушением закона. Если все эти сомнительные документы будут исследоваться в суде, тогда в чем состоит задача следствия? Неужели в том, чтобы без всякого расследования, игнорируя экспертное заключение, сложить в стопку имеющиеся документы, подсчитать сумму присвоения на калькуляторе и передать дело в суд? Ведь здесь решается судьба Ильгара Мустафаева, отдавшего половину своей жизни служению государству и президенту. Прошу не принимать в качестве доказательства документы, подлинность подписей в которых не установлена экспертным заключением (том 5 уголовного дела, страницы 100–152)» Суд сообщил, что данный вопрос будет учтен при допросе свидетелей и исследован при изучении документов Судебный процесс продолжится 13 мая