​«Кассандра»: кыргызский слобёрнер по центральноазиатской мифологии - Аналитический интернет-журнал Власть

Галия Байжанова, кинокритик, специально для «Власти» На этой неделе в казахстанский прокат выходит один из самых любопытных кыргызских фильмов за последнее время - «Кассандра» Бекзата Пирматова. Для режиссёра это всего лишь вторая полнометражная работа: его дебютная «Аврора», снятая несколько лет назад, представляла Кыргызстан в оскаровской кампании. Но на этот раз талантливый постановщик обращается к гораздо более сложному материалу - мифологии, мистике, философии и творчеству великого Чингиза Айтматова Название ленты отсылает к роману Айтматова «Тавро Кассандры», хотя связь между этими произведениями скорее символическая, чем сюжетная. У Айтматова нерожденные дети заранее чувствовали свою судьбу и сигнализировали о своем нежелании появляться на свет, если понимали, что их ждет несчастная жизнь или что они сами принесут миру зло. Предупреждением служило загадочное тавро Кассандры, возникавшее на лбу беременной женщины. У Пирматова эта идея появляется лишь в прологе Фильм начинается с легенды о знахарке (Айнура Качкынбек кызы), обладающей особым даром: она помогает женщинам забеременеть и выносить ребенка. К ней выстраиваются длинные очереди, но однажды она видит на лице беременной женщины знак - то самое тавро Кассандры - и предупреждает её о нехорошем знаке Дальше история переносится к молодой девушке Айсулу, которую играет казахстанская актриса, дебютантка в большом кино Енлик Айымгазы. На премьере она сказала, что это кино, которое лучше смотреть в одиночестве, потому что оно требует внутреннего диалога и размышлений. И действительно, «Кассандра» устроена как медленное, созерцательное кино, которое не просто рассказывает историю, но погружает зрителя в состояние жути, страха и настоящей тревоги и будит у него внутренний диалог о собственных уязвимостях Айсулу страдает от бессонницы. Каждую ночь ее преследует один и тот же кошмар: у неё сонный паралич, во сне её кто-то душит. Услышав о мучениях девушки, коллега предлагает отвезти ее к той самой знахарке, которая уже много лет никого не принимает (её играет харизматичная Кулайым Каныметова). Однако, увидев Айсулу, женщина неожиданно соглашается помочь. Так начинается противостояние, между силами тьмы и света, между душащим человека горем и его старыми травмами и новой жизнью «Кассандра» - классический слоубёрнер. Тут нет привычных зрителю скримеров, выпрыгивающих из-за угла чудовищ. Действие в этом фильме развивается медленно и медитативно, но Пирматов умеет создавать нужную атмосферу и ощущение надвигающегося ужаса, пользуясь самыми минимальными инструментами. В итоге в его ленте может вызвать тревогу даже, казалось бы, банальная проходка героини между домами или момент, где она пытается выйти из автобуса. Среди самых красочных сцен, как это бы странно ни звучало, эпизод в уличном туалете. В этой сцене Пирматов демонстрирует, насколько изобретательно умеет работать с пространством и напряжением. И что аульный туалет действительно та еще клоака, настоящая цивилизационная дыра, поглощающая всё, включая человеческое достоинство. Кажется, после этой сцены, людей, желающих освежиться в деревянном санузле, станет ещё меньше - теперь ходить в него будет в разы страшнее. Но, наверное, страх работает как надо, потому что речь не о чужеродном и позаимствованном, а о знакомом всем нам Режиссёру удаётся органично и изящно вписать в своё повествование все узнаваемые образы родной культуры от вековых деревьев, у корней которых происходит магия до бешбармака. Мы ещё с «Авроры» помним, что Бекзат Пирматов - визионер и всегда был внимателен к деталям. Будь то старый дом в ауле, узор с национальным орнаментом, который вышивает героиня, или густая коса, которая в этом фильме использована одновременно и как символ женской красоты, и как знак приближающихся мучений и кошмаров Любопытно, но, кажется, никого так не впечатляет женский затылок, как Бекзата Пирматова. У него этот ракурс использован с такой настойчивостью и любовью, что невольно вспоминается знаменитый образ Маргариты Тереховой из «Зеркала», сидящей на заборе и созерцающей зелёную даль. Пирматов тоже словно пытается через этот ракурс приблизиться к тайне женской природы. Камера талантливого оператора Каныбека Калматова (парню всего 25 лет) постоянно задерживается на затылках: знахарки, женщин, приходящих за помощью, к Айсулу. Интересная деталь - хотя в картине три мужские роли (сын и муж знахарки, а также инфернальная роль кавээнщика и участника ситкомов Жанната Керимбаева), они здесь присутствуют скорее формально. Их роли сведены к минимуму, а пространство фильма принадлежит исключительно женщинам, их страхам, памяти и боли Здесь стоит упомянуть, что все женские роли прекрасны: и наша чудесная, напуганная и заплаканная Енлик Аймыгазы, - как казахские кинематографисты её до сих пор не заметили? И потрясающая Кулайым Каныметова, которая могла бы играть ханшу, не только знахарку, и очень интересная Айнура Качкынбек кызы, в которой чувствуется драматичная глубина и какая-то невысказанная боль. Отдельные комплименты исполнительнице роли албасты, чьё имя так и осталось загадкой Главная проблема фильма заключается в его концептуальной недосказанности. Хотя многие отдельные решения работают блестяще, но единой системы, которая бы повергла зрителя в эстетический и культурный шок и открыла новое прочтение традиционного материала, пожалуй, нет Начнём с технических моментов, например звука. С самого начала режиссер использует звук как важнейший драматургический инструмент. Например, в одном из эпизодов знахарка, извините за небольшой спойлер, отключает электричество, однако старый приемник продолжает играть музыку. Это выглядит зловеще и интригующе, но при этом культурный контекст этого произведения не читается в полной мере, фильм не объясняет, почему звучит именно эта музыка и какое значение она имеет. Если бы эта песня возникла бы вновь и вновь, например, когда происходит главная битва или когда мы знаем, что пришла албасты, было бы концептуальнее. А так возникает ощущение важного символа, который не получает полноценного развития Похожим образом устроены и другие звуковые решения. Айсулу ездит в наушниках, словно пытаясь защититься от внешнего мира. Звуковая среда вокруг нее становится приглушенной. Но ночью ее начинают преследовать страшные шорохи и скрипы. Режиссёр явно пытается показать звук как форму давления на человека, однако не доводит эту идею до логического предела. Музыки много, и она эклектичная, даже композиторов тут трое. Отдельный момент — это дубляж, казахский и кыргызский языки очень похожи, кажется, если бы оставили аутентичную озвучку, эффект был бы сильнее Центральная мысль фильма заключается в том, что человек, неспособный отпустить свое горе, становится уязвимым для тёмных сил. Именно тогда к нему приходит албасты и начинает мучить его по ночам и душить. Концепт о горе и травме рабочий, но будто не самый оригинальный, мы его видели много раз в других картинах. Главный вопрос касается самих албасты. Кино показывает новую деталь, связанную с сонным параличом, но всё же не предлагает свежей, детальной концепции относительно этих дьяволиц. Кто такие албасты? Как они появляются? Почему выбирают своих жертв и активны ночью? На все эти вопросы лента отвечает лишь частично. Между тем образ албасты — один из самых сложных и интересных в тюркской мифологии Существует версия, что когда-то албасты была богиней плодородия, но после распространения ислама превратилась в демоническое существо — грязную, неопрятную женщину с распущенными волосами и отвисшей грудью. Возможно, именно эта трансформация могла бы стать основой для глубокого осмысления образа, однако фильм практически не касается этого. Интересно, но почему-то образа албасты, который бы стал каноническим хотя бы в центральноазиатском кино, пока нет, хотя попытки были, и у Адильхана Ержанова в сериале «Казахские страшные сказки», и у Бекзата Пирматова (здесь с некоторых ракурсов она похожа на куклу Чаки). Можно, конечно, пошутить, что лучшей албасты была героиня Деми Мур из «Субстанции», но там не хватает азиатского налёта, да и бюджеты у нас несравнимы с голливудскими, там один грим, наверное, стоил бы как бюджет нашего среднего фильма Есть вопросы и относительно истории картины. Не до конца понятно и кто является настоящей главной героиней. Знахарка, которая несёт ношу предсказательницы или же Айсулу, молодая и достаточно сильная, чтобы пережить и нашествие тёмных сил, и свою трагедию? Фильм балансирует между двумя историями, но так и не делает окончательный выбор. Кажется, история предсказательницы была бы куда интереснее, ведь история Айсулу, словно отсылающая к трагедии Салтанат Нукеновой, кажется, уже тавтологической. Впрочем, пока не закончится насилие в наших странах - тема вечная Были ожидания и относительно глубины повествования. В этом смысле сравнение с Айтматовым оказывается не в пользу «Кассандры». «Тавро Кассандры» использовало фантастический сюжет для разговора о будущем человечества, моральной ответственности и праве человека отказаться от собственной судьбы. Айтматов поднимал вопросы цивилизационного масштаба и населял роман персонажами, которые постоянно размышляли о будущем мира. У Пирматова таких философских глубин нет. Его фильм остается прежде всего атмосферным мистическим высказыванием. Очень красивым, местами по-настоящему пугающим, изобретательно снятым и наполненным яркими визуальными решениями. Впрочем, сам Бекзат Пирматов на премьере отметил, что его проект не стоит воспринимать как экранизацию Айтматова, на это бы не хватило никаких денег, да и чтобы создать эффектное кино, достойное творчества великого писателя, нужно созреть Поэтому подытожим: «Кассандра» — это красочный, любопытный и очень родной постхоррор из Центральной Азии, которому чуть-чуть не хватило, чтобы стать по-настоящему большим высказыванием Похвально, что этот экспериментальный проект (говорят, достаточно дорогой по кыргызским меркам) снят на частные инвестиции, благодаря молодым продюсерам, это: Асель Шерниязова, Мендер Суйндуков, Айжан Иманкулова, Элнура Осмоналиева. В любом случае, это кино, которое стоит поддержать - за смелость, за нашу центральноазиатскую аутентику, особенную эстетику и расширение жанровой палитры. К слову, фильм выйдет не только в Кыргызстане и Казахстане, но и в России