Пять причин одного диагноза - Апрельская мобилизация армянской диаспоры

Каждый год, когда страницы календаря приближаются к 24 апреля, армянская диаспора по всему миру совершает ритуал, превратившийся в отлаженный механизм политического давления. В 2026 году в связи с 111-й годовщиной событий 1915 года в Османской империи Координационный совет армянских организаций Франции (CCAF) обнародовал пять причин для «мобилизации», которые при ближайшем рассмотрении оказываются пятью причинами для диагностирования у армянского лобби неспособности адаптироваться к изменившейся реальности и принять тот факт, что политическая карта региона восстановлена окончательно и бесповоротно. При этом среди этих пяти причин для «мобилизации» четыре направлены конкретно против Азербайджана Формально «мобилизационные» мероприятия посвящены памяти событий более чем столетней давности, произошедших на территории Османской империи, однако содержательно они представляют собой антиазербайджанский политический манифест. И это обстоятельство заслуживает самого серьёзного анализа, прежде всего потому, что оно наглядно демонстрирует истинные приоритеты армянской диаспоры: речь идёт о том, чтобы под прикрытием «исторической памяти», к тому же выдуманной, вести целенаправленную кампанию против суверенного государства Первый тезис CCAF — «исполнение долга исторической памяти» — на первый взгляд выглядит безупречно. Кто станет спорить с правом любого народа помнить свою историю? Однако проблема заключается в том, как именно эта память инструментализируется. Цифра в «полтора миллиона жертв», кочующая из одного диаспорального документа в другой, давно живёт собственной жизнью, оторванной от историографической дискуссии. Серьёзные историки — от Бернарда Льюиса до Гюнтера Леви — указывали на необходимость критического пересмотра этих данных, поскольку в них смешались жертвы межэтнических столкновений с жертвами голода, эпидемий и военных действий, которые в равной степени поражали и мусульманское население Анатолии. Но мировое армянство категорически отвергает любой научно-исторический подход: цифра сакрализирована, сомнение в ней приравнено к «отрицанию», в свою очередь, «отрицание» — к преступлению. Так память превращается в догму, догма — в политическое оружие Второй тезис — «борьба с отрицанием армянского геноцида» — ещё более показателен. CCAF обвиняет Азербайджан и Турцию в «ревизионистской пропаганде» и «расистской риторике ненависти» Формулировка поражает своей интеллектуальной нечистоплотностью. Попытка привязать современный Азербайджан к событиям 1915 года — это осознанная манипуляция, рассчитанная на аудиторию, не обременённую знанием региональной истории. Что касается Турции, то Анкара неоднократно предлагала создать совместную комиссию историков для изучения архивов обеих сторон. Более того, Турция даже открыла свои архивы - важным источником информации по событиям 1915 года является архив Генштаба Турции (ATASE), доступ к любым документам предоставлен. Однако Армения и армянская диаспора этот призыв неизменно отвергали — и это понятно, поскольку открытие архивов в Ереване грозит разрушить тщательно выстроенную парадигму, в которой одна сторона представлена исключительно жертвой, а другая — исключительно палачом Ярлык «расистской риторики», столь щедро наклеиваемый на Баку, заслуживает отдельного рассмотрения. Азербайджан — одно из наиболее мультикультурных государств в мире. Конституция гарантирует равные права всем гражданам вне зависимости от их национальной и религиозной принадлежности. При этом сама Армения остаётся моноэтническим государством, из которого в конце 1980-х — начале 1990-х годов были изгнаны сотни тысяч азербайджанцев. Избирательная память — плохой фундамент для обвинений в расизме Третий тезис CCAF — «справедливость для арцаха» — представляет собой, пожалуй, наиболее циничный элемент всей конструкции. Утверждается, что «турецко-азербайджанский тандем» в 2023 году якобы осуществил «этническую чистку, вынудив более 120 тысяч армян покинуть Карабах». Начнём с того, что никакого «арцаха» международное право не знало. Четыре резолюции Совета Безопасности ООН — №№822, 853, 874 и 884 — недвусмысленно подтвердили территориальную целостность Азербайджана и требовали вывода армянских вооружённых сил с оккупированных территорий. Тридцать лет эти резолюции игнорировались. Когда Азербайджан в рамках антитеррористических мероприятий полностью восстановил свой суверенитет над своей международно признанной территорией, диаспора объявила это «геноцидом» Отъезд армянского населения из Карабаха в сентябре 2023 года был массовым и стремительным, но не принудительным в том смысле, который вкладывает в это слово международное гуманитарное право. Азербайджан неоднократно — и до, и после сентябрьских событий — заявлял о готовности обеспечить права и безопасность армянского населения в рамках реинтеграции. Президент Ильхам Алиев публично гарантировал равные права всем гражданам Азербайджана вне зависимости от этнической принадлежности. Однако тридцать лет сепаратистской пропаганды, внушавшей карабахским армянам, что жизнь под азербайджанской юрисдикцией невозможна, сделали своё дело. Людей гнал не Баку — их гнали главари незаконного режима и собственный страх, старательно культивировавшийся Ереваном и диаспорой на протяжении трёх десятилетий. А между тем никто не вспоминает о более одного миллиона азербайджанских беженцах и вынужденных переселенцах, которые годами жили в палаточных лагерях и вагончиках, изгнанные из своих домов в ходе Первой Карабахской войны. Их трагедии в армянском диаспоральном дискурсе попросту не существует Четвёртый тезис — требование «освобождения заложников» — заслуживает отдельного разбора, поскольку именно здесь терминологическая подмена достигает апогея. Осужденные Бакинским судом лица — это бывшие руководители сепаратистского режима и военные командиры, обвинявшиеся в тяжких преступлениях против Азербайджанского государства и его граждан. Среди них — так называемые «президенты» самопровозглашённого образования, лица, причастные к организации вооружённого сопротивления и командованию незаконными вооружёнными формированиями. Называть их «заложниками» — значит сознательно выводить ситуацию из правового поля. Любая страна имеет право привлекать к ответственности лиц, обвиняемых в сепаратизме и терроризме на его территории. Можно спорить о стандартах судопроизводства, но отождествлять уголовное преследование с захватом заложников означает отказывать Азербайджанскому государству в базовом праве на юрисдикцию над собственной территорией Пятый тезис — «защита Армении» от якобы угрожающего ей Азербайджана — замыкает конструкцию, возвращая её к исходной точке: превращению Армении в вечную жертву, нуждающуюся в постоянной внешней защите. Утверждается, что после «аннексии арцаха» Президент Алиев «открыто угрожает Армении». Между тем, именно Баку является главным инициатором мирной повестки в регионе. Вашингтонские соглашения от 8 августа 2025 года, достигнутые при посредничестве Дональда Трампа, предусматривают полноценную нормализацию отношений между двумя странами, открытие коммуникаций, делимитацию границы и строительство транспортного маршрута, связывающего основную территорию Азербайджана с Нахчываном. К концу прошлого года Баку уже вложил более пятнадцати миллиардов долларов в восстановление освобождённых территорий и планирует вернуть в эти районы сто тысяч вынужденных переселенцев в 2026 году. Это — политика государства, строящего мирное будущее, а не страны, «угрожающей» соседям Афиша CCAF, между тем, содержит ещё один примечательный элемент — призыв к «возвращению на исторические земли». Этот лозунг, адресованный армянской аудитории, проговаривает то, что обычно остаётся между строк: речь идёт о территориальных претензиях к Азербайджану. Именно этот территориальный ревизионизм — ядро «армянского вопроса», как его понимает диаспора. И именно он делает деятельность структур вроде CCAF прямым вызовом мирному процессу В свете сказанного возникает закономерный вопрос: «Какова тут позиция официального Еревана?» Армянские власти, как известно, привычно дистанцируются от диаспоральных инициатив, представляя их как автономную активность, на которую правительство не в состоянии влиять. Однако такой подход всё менее убедителен. В Вашингтоне Армения парафировала проект мирного соглашения, Никол Пашинян публично признал территориальную целостность Азербайджана Если эти шаги искренни, то Ереван должен недвусмысленно и публично осудить деятельность диаспоральных структур, которая прямо подрывает дух и букву подписанных документов. Нельзя одновременно подписывать мирные соглашения и молчаливо потворствовать организациям, которые называют восстановление международно признанных границ «этнической чисткой», а законное уголовное преследование — «захватом заложников» Молчание Еревана особенно красноречиво на фоне того, что CCAF — это не маргинальная группа, а достаточно влиятельная структура. И в этих условиях ссылки армянского правительства на «автономность» диаспоры выглядят либо наивностью, либо сознательным лукавством. Суть проблемы в том, что «армянский вопрос» в его диаспоральной редакции — это не вопрос памяти и справедливости. Это —инструмент перманентной мобилизации, требующий постоянного воспроизводства образа врага. Без Азербайджана-«агрессора» и Турции-«палача» вся конструкция теряет смысл, а вместе с ней утрачивают политическое влияние и те, кто десятилетиями строил на ней карьеру. CCAF, ANCA, «Ай Дат» и десятки подобных организаций существуют ровно до тех пор, пока жив конфликт — реальный или воображаемый. Мир для них — экзистенциальная угроза, куда более серьёзная, чем любые «угрозы Азербайджана» Двадцать четвёртое апреля 2026 года снова пройдёт под знаком свечей, речей и политических деклараций. Вновь прозвучат требования «признания», «справедливости» и «возвращения». Снова Азербайджан будет назван «агрессором», а его законные действия на собственной территории — «преступлениями». Но реальность неумолима: Карабах — это Азербайджан, документы в Вашингтоне подписаны, мирный процесс продвигается, а территориальный ревизионизм, каким бы траурным флёром его ни драпировали, остаётся ревизионизмом. Армянской диаспоре и армянскому государству предстоит сделать фундаментальный выбор: либо строить будущее в рамках новой реальности, либо и дальше цепляться за мифологию. И до тех пор, пока CCAF выбирает второе, он оказывает армянам худшую из всех возможных услуг