Какой апокалипсис Иран готовит для Дубая? - главный вопрос

США требуют от Ирана не только разблокировки Ормузского пролива. Главным поводом для начала спецоперации «Эпическая ярость» стала ядерная программа Тегерана. Ее требуют закрыть минимум на пять лет, а также забыть в принципе об обогащении урана. Сопутствующие требования - остановка реакторов в Исфахане, Натанзе и Фордо Также США требуют резко сократить ракетную программу Ирана. В частности, оставить на вооружении ракет не более тысячи единиц. Плюс прекращение финансирования в регионе всех иранских марионеток типа «Хезболлы», хуситов и ХАМАС. Однако любой иранский правитель, который пойдет на такую фактически капитуляцию, будет обречен Власть в стране полностью захвачена КСИР, эти люди настроены даже не решительно – а фанатично, они просто так не сдадутся. Тактика уничтожения руководства Ирана слой за слоем, пока не удастся выйти на более сговорчивые фигуры, пока себя не оправдывает: к власти приходят фигуры еще более несговорчивые Как Трамп будет выходить из этой ситуации, трудно себе пока представить, кроме эскалации военных действий. Если Трамп сейчас «моргнет» и отступит, даже объявив мнимую «победу», в нее никто не поверит. По факту это будет означать, что Иран не только не свернет ядерную программу (возможно, даже попытается ускорить ее ради повышения уровня своей безопасности), но и сможет перекрывать Ормузский пролив в любое время по своему усмотрению. Это в корне подрывает всю роль США на Ближнем Востоке, сформированную после Второй мировой войны. И тут стоит вспомнить известный принцип: «Великие державы не блефуют. Если ты замахнулся, то бей, а если не можешь бить, то не замахивайся». Если Ормузский пролив не будет разблокирован, то президенту США придется действовать согласно ультиматуму. Угрозы – обязывают Насколько США могут «полностью уничтожить» иранскую энергетику? Удар может быть комплексным: с помощью высокоточных авиационных и ракетных атак, в том числе крылатыми ракетами Tomahawk и аналогами могут быть выведены из строя НПЗ, экспортные терминалы, подстанции, крупные ТЭС и газовые электростанции. Могут быть задействованы и кибератаки по системам управления энергосистемой, НПЗ и трубопроводам. Относительно легко можно будет уничтожить или сильно повредить крупные узлы (нефтеперевалочный хаб на острове Харк, крупнейшие НПЗ, ГРЭС и подстанции). Однако полностью парализовать иранскую энергетику «навсегда» вряд ли удастся, в том числе по причине ее децентрализации (аналогичной с украинской) Иран будет способен ремонтировать объекты, строить временные схемы снабжения - дизель‑генерация, малые станции, импорт топлива. Самым болезненным может быть удар по крупнейшему газовому месторождению Южный Парс - Израиль уже наносил удары по нему, которое обеспечивает до 75% газоснабжения Ирана. При этом значительная доля генерации – именно газовые и нефтяные станции, распределенные по всей стране. Мгновенной катастрофы в Иране не произойдет А вот ответные удары Ирана по опреснительным установкам стран Персидского залива поставят весь региона на грань гуманитарной катастрофы. А для некоторых стран-союзников США это становится экзистенциальной угрозой Такие страны, как Саудовская Аравия, ОАЭ, Кувейт, Катар, Оман, Бахрейн производят около 45–50% мирового объема опресненной воды, (около 46 млн м³/сутки). При этом зависимость именно питьевого водоснабжения от опреснения составляет оценочно для Кувейта 90%, Катара - 75–99%, для Омана - 86%, для Саудовской Аравия около 70%, для Бахрейна 50–80%, для ОАЭ более 40% В случае ударов по опреснительным установкам уже через несколько суток начнется дефицит питьевой воды в крупных агломерациях, через 1–2 недели – массовые перебои и коллапс в санитарии, через 2–4 недели – миграционный и эпидемиологический кризис. К примеру, в Бахрейне с его компактной территорией и высокой плотностью населения даже ограниченный удар по опреснительным мощностям может стать критическим. При потере 50% мощностей доступные объемы могут упасть ниже 100 л/сутки на человека, что быстро приведет к жесткому нормированию. Хотя для ОАЭ доля опресненной воды в питьевом снабжении составляет лишь около 40%, промышленность и города вдоль побережья (Дубай, Абу-Даби, Шарджа) почти полностью зависят от прибрежных установок. Большая часть электростанций и НПЗ в регионе также технологически связаны с опреснением (комбинированные ТЭЦ–опреснители); повреждение установок парализует и часть энергетики. Хотя государства Залива импортируют 80–90% продовольствия, вода нужна для охлаждения, хранения и переработки продуктов, так что странам грозит еще и продовольственный кризис Что касается энергетических и IT-объектов США и их партнеров в Персидском заливе, то Иран уже публично обозначал такие энергетические объекты в Катаре, Саудовской Аравии и ОАЭ как “законные цели”. Наиболее уязвимы СПГ- и газоперерабатывающие узлы, НПЗ, нефтехимия, экспортные терминалы, хранилища топлива, а также энергетические объекты около американских баз и логистических коридоров. Также целями могут стать дата-центры и облачные площадки американских компаний, прежде всего AWS в Бахрейне и ОАЭ, а также объекты Microsoft, Google, Oracle и другие площадки AI/cloud-инфраструктуры в ОАЭ и Саудовской Аравии. В свою очередь, даже ограниченное повреждение IT-инфраструктуры может полностью остановить экспорт, нарушить маршрутизацию трафика, вызвать отказ облачных сервисов и ударить по страхованию, судоходству и инвестиционному климату без необходимости уничтожать объекты полностью. Даже кратковременное выведение из строя крупных дата-центров в ОАЭ и Бахрейне уже вызывало сбои в банковских сервисах, платежах, логистике и корпоративном ПО. Таким образом, потенциальный экономический ущерб региона окажется гораздо больше по сравнению даже с самыми сильными разрушениями в Иране В качестве предусловий Тегеран выдвигает следующие: прекращение огня, гарантии недопущения новых атак и выплата компенсаций. Хотя последнее требование выглядит для США особенно унизительным, на деле речь может пойти о разблокировке части или даже всех замороженных иранских активов, объем которых оценивается в 90 млрд долл. Однако в настоящее время война не выглядит «полностью выгоревшей» или даже близко к тому. Судя по всему, воюющие стороны готовы сделать каждый свои шаги по направлению к апокалипсису. Пока регионального масштаба. А там уж как пойдет…