Иранская оппозиция между мечтой и реальностью - Аналитика Шерешевского

Власти США и Израиля призывают иранцев сидеть дома и не участвовать в протестах, пока идет уничтожение сил режима. На города падают бомбы, горят склады и правительственные учреждения, и атакующие силы рекомендуют населению избегать потерь. На каналах иранской оппозиции, между тем, обсуждаются дальнейшие планы по свержению режима и взятию власти У большинства иранистов существует консенсус в отношении соотношения сторонников и противников режима. Около 70–80 процентов населения выступают против него, а 20–30 процентов — за. Это видно, например, по голосованиям на президентских выборах. Проблема нынешних правителей Ирана заключается в их непопулярности. Верховного лидера, КСИР (Корпус стражей исламской революции) — силовую структуру, на которую он опирается, а также близкую к ним фракцию чиновников режима, принципиалистов, поддерживает меньшинство иранцев Принципиалисты, или консерваторы, выступают за жесткий курс внешней политики в отношении США и Израиля и за закручивание гаек внутри страны. Реформаторы образуют другую фракцию бюрократического аппарата — это сторонники либерализации внутри Ирана и смягчения отношений с Западом. Эти две чиновничьи группировки конкурируют между собой Если верховный лидер допускает на выборы кандидата из реформаторской фракции, он обычно побеждает. Чтобы добиться избрания президентом консерватора (принципиалиста), сторонника жесткой линии и ставленника Али Хаменеи — Ибрагима Раиси, — в 2021 году руководству страны, то есть верховному лидеру, понадобилось снять с выборов около 600 кандидатов, включая все сколько-нибудь заметные фигуры После смерти Раиси были проведены досрочные выборы, которые выиграл представитель реформаторской фракции Масуд Пезешкиан, поскольку на этот раз некоторым реформаторам позволили участвовать в выборах, что и привело к их победе Однако иранский президент — не более чем лицо, курирующее экономический блок правительства и обеспечивающее логистику для верховного лидера. Последний обладает абсолютной властью После того как израильский удар ликвидировал прежнего верховного лидера, на его место, если верить сообщениям иранских официальных СМИ, в ходе неясной процедуры был избран его сын Моджтаба Хаменеи, который избегает появляться на публике. Среди наблюдателей даже идет дискуссия о том, жив он или мертв, и если верно последнее, то кто на самом деле управляет страной В целом в настоящее время реформаторы очень слабы. Они потеряли ряд позиций в бюрократическом аппарате режима. В отличие от Пезешкиана, ряд представителей Реформаторского фронта обрушились на руководство Ирана с резкой критикой после расстрелов во время протестов 9–10 января. В итоге они были арестованы Принципиалисты и близкие к ним силы, наоборот, контролируют власть, делают жесткие заявления в адрес США и Израиля и пообещали расстреливать участников протестов. Впрочем, сложно сказать, кто именно в настоящее время управляет страной. Очевидно, что это верхушка КСИР, но кто конкретно? Иногда называют имя Али Лариджани — председателя ВСНБ (Высшего совета национальной безопасности), органа, объединяющего всех силовиков страны. Ранее Лариджани относили скорее к прагматикам и центристам, но сегодня он демонстрирует жесткую позицию Монархисты — единственное, пожалуй, течение оппозиции, которое сегодня имеет сильное влияние на иранское общество. Толпы протестующих часто скандируют имя наследного принца Резы Пехлеви (в настоящее время он живет в США). Хотя далеко не все протестующие являются сторонниками восстановления шахского режима, на их позиции перешли даже некоторые иранцы левых взглядов. У монархистов до сих пор не было сильных подпольных структур в Иране; их влияние носило скорее идейный характер благодаря распространению спутникового телевидения, где они располагают популярными каналами Победа оппозиции может быть одержана при поддержке внешней интервенции. Принц Реза Пехлеви поддержал в 2025 году израильские атаки на режим Ирана во время 12-дневной войны, и это нисколько не смутило большинство протестующих: миллионы иранцев скандировали имя принца во время протестов в январе 2026 года Толпы были расстреляны силами специальной полиции и ополченцев-басиджей; в результате тысячи протестующих погибли, и это явно не добавило симпатий к правящему в Иране режиму. Его надежды на то, что удары внешнего врага — американо-израильской коалиции — заставят иранцев сплотиться вокруг флага, не сбылись Тысячи иранцев праздновали на улицах смерть верховного лидера Али Хаменеи. Впрочем, властям удалось собрать и митинги скорбящих, однако стоит помнить, что массовку на таких мероприятиях обеспечивают бюджетники Монархисты говорят, что у них есть некоторое количество организованных сторонников в Иране, которые в следующий раз выйдут уже не с пустыми руками. Речь идет о небольших ячейках, некоторые члены которых могут быть вооружены Якобы части таких групп уже отдан приказ атаковать силы басиджей — проправительственных ополченцев, тех, кто обычно расстреливает протестующих. Они утверждают, что выйдут по призыву Пехлеви вместе с другими иранцами в тот момент, когда настанет час X и прозвучит этот призыв Также они надеются действовать под прикрытием израильских беспилотников, которые станут уничтожать силы иранских басиджей, полиции и других лоялистов В настоящее время американо-израильская авиация разрушает штабы КСИР и басиджей, и даже патрули режима на улицах Тегерана подвергаются интенсивным ударам с воздуха, что вынуждает их прятаться под мостами или в подземных укрытиях. Надежда монархистов состоит также в том, что ко времени выступления силовые институты Исламской Республики будут ослаблены американо-израильскими ударами Иранские левые и некоторые другие силы, выступающие за буржуазно-демократические ценности (в современном мире это практически одно и то же), не в восторге от такого сценария, однако они не влиятельны в Иране и вряд ли их мнение на что-либо влияет Насколько реалистичны планы монархистов? В принципе, это повторение ливийского и сирийского сценариев: внешние силы атакуют лоялистов, а под этим зонтиком действуют силы оппозиции. В Ливии и Сирии этот подход привёл к победе вооружённой оппозиции. Разница в том, что в Иране вооружённой оппозиции пока не видно, и даже там, где она представлена (Иранский Курдистан и Систан-и-Белуджистан), она немногочисленна Сумеют ли монархисты организовать серьёзные вооружённые силы в подполье? Всё возможно, но пока что никто не видел эти группы в действии, и даже неизвестно, существуют ли они на самом деле или это выдумка Другой план связан с возможностью ликвидации режима путём вторжения. Шесть курдских партий, связанных с влиятельными вооружёнными курдскими группировками за пределами Ирана, создали альянс для борьбы с Исламской Республикой с целью её ликвидации. Курды делают противоречивые заявления: то сообщают, что часть их сил уже находится в Иране, то говорят, что не намерены участвовать в подобной операции Иранские монархисты негативно относятся к этому проекту и призывают Трампа не делать ставку на курдских сепаратистов, сохранить целостность Ирана и опираться на монархистов. Однако пока не вполне понятно, на что способны последние и располагают ли они сколько-нибудь серьёзными возможностями для ведения боевых операций